Материалы

 

Кинопрокат и кинопроизводство на территории оккупированной Украины (1941-1944)

Через полтора месяца после оккупации Польши – 19 октября 1939 г. имперский уполномоченный по делам немецкой кинематографии Макс Винклер (Max Winkler, 07.09.1875-12.10.1961) по поручению рейхсмаршала Германа Геринга основал новую организацию – “Главное опекунское ведомство Восток” (Haupttreuhandstelle Ost, HTO). В состав этого ведомства, ответственного за эксплуатацию захваченного польского имущества в интересах Рейха, вошло, в частности, “Общество по кинопрокату и пропаганде” (Film- und Propagandamittel-Vertriebsgesellschaft mbH), которое разместилось в столице Генерал-губернаторства г.Кракау (Краков).

Вскоре после нападения на СССР – 10 ноября 1941 г. в Берлине было создано “Центральное кинообъединение Восток” (Zentral-Filmgesellschaft Ost, ZFO) с привлечением средств Имперского министерства оккупированных восточных территорий, Имперского министерства народного просвещения и пропаганды, а также доверительного общества “Каутио Тройханд” (Cautio Treuhand GmbH) все того же Макса Винклера.

Film Distribution Production in Occupied Ukraine 1Забегая вперед, отметим, что с декабря 1943 г. Кинообъединение стало отчитываться о результатах своей деятельности только перед министерством пропаганды.

22 октября 1942 г. Государственное пропагандистское управление НСДАП (Reichspropagandaleitung der NSDAP) достаточно четко обрисовало основные задачи, поставленные перед “Центральным кинообъединением Восток”. Так, распространяемые на оккупированных “восточных” территориях фильмы должны были:

“1. Просвещать, т.е. разрушать большевистские идеи и возложить на них, а также на избыточные военные ассигнования ответственность за приниженное положение восточных народов.

2. Развлекать для сохранения и повышения уровня трудоспособности.

3. Обучать полезным навыкам с тем, чтобы производимая продукция соответствовала немецким нормам и отвечала соответствующим требованиям.

4. Запугивать для снижения уровня сопротивления до минимальных показателей, а также как можно более впечатляющим образом донести до населения мысль о промышленном и военном превосходстве Германии.

Film Distribution Production in Occupied Ukraine 25. Исключить возможность предоставления культурных или каких-либо еще автономий отдельным этническим группам и, как следствие, предотвратить попытки требования самоуправления”.

В состав “Центрального кинообъединения Восток” вошли два дочерних предприятия для деятельности на территории имперских комиссариатов (рейхскомиссариатов) Украина и Остланд: “Кинообъединение Украина” (Ukraine-Filmgesellschaft mbH), основанное 10 ноября 1941 г., и “Кинообъединение Остланд” (Ostland-Filmgesellschaft mbH), основанное 28 ноября того же года.

Film Distribution Production in Occupied Ukraine 3“Кинообъединение Остланд” с центральным офисом в Риге на улице Адольфа Гитлера (ранее – ул.Бривибас, т.е. Свободы), д.15, имело филиалы в Ревеле, Кауэне (Каунасе), Вильне (Вильнюсе), Дорпате (Тарту) и Минске. В 1942 г. его численность составляла 1,400 местных граждан и 25 немцев на руководящих должностях. В Риге, кстати, с 01.06.1942 г. работал и филиал (по другим данным – два) редакции пропагандистского киножурнала “Немецкое еженедельное обозрение” (Die Deutsche Wochenschau GmbH).

Film Distribution Production in Occupied Ukraine 4Интересно, что согласно информации, приведенной в выпуске иллюстрированной газеты “Фильм курир” (Film-Kurier Tageszeitung) от 03.05.1943 г., в планах “Центрального кинообъединения Восток”, помимо показа немецких фильмов с украинскими, белорусскими, эстонскими и литовскими субтитрами, значилась и трансляция в кинотеатрах выпусков “Немецкого еженедельного обозрения” с русским и украинским дубляжом.

Для полноты картины стоит упомянуть и о еще двух недолговечных немецких пропагандистских кинопредприятиях для оккупированных советских территорий – Deutsche Kaukasus-Film GmbH, созданной 12.09.1942 г., и “Elbrus” Film-Arbeitsgemeinschaft GmbH. Оба, правда, так и не успели выпустить ни одного фильма.

Название дочерней компании “Центрального кинообъединения Восток” – “Кинообъединение Украина” – носило весьма условный характер из-за достаточно специфического проведения административных границ рейхскомиссариата Украина. Film Distribution Production in Occupied Ukraine 5Так, территория Западной Украины, отошедшей от Польши к Советской Украине в соответствии с пактом Молотова-Риббентропа, была включена в состав Генерал-губернаторства, т.е. оккупированной Польши под названием дистрикт Галиция. Кинопроизводство там оставалось в подчинении “Главного опекунского ведомства Восток”. Часть же украинских областей и вовсе была передана союзной Румынии – губернаторство Транснистрия, или Заднестровье со столицей в Одессе, а также Северная Буковина.

Согласно информации, приведенной в выпуске “Фильм курира” от 05.09.1942 г., “Кинообъединение Украина” со штаб-квартирой в Киеве по адресу: Новая Госпитальная улица, дом 18, имело пять филиалов: в Днепропетровске, Николаеве, Житомире, Чернигове и Мелитополе. То же издание в номере от 30.11.1942 г. сообщало о работе семи новых филиалов: в Луцке, Запорожье, Кривом Роге, Кировограде, Полтаве, Виннице и Проскурове. В литературе встречается упоминание о существовании филиала в столице рейхскомиссариата Украина г.Ровно.

Film Distribution Production in Occupied Ukraine 6С самого начала деятельность “Кинообъединения Украина” определялась, в первую очередь, сочетанием политической пропаганды и экономических интересов. К числу последних можно, например, отнести прокат художественных фильмов немецкой киностудии УФА (Universum-Film Aktiengesellschaft, UFA). Так, в номере от 05.08.1943 г. “Фильм курир” писал, что в пятерку наиболее популярных на Украине художественных немецких фильмов вошли “Кора Терри” (“Kora Terry”, 1940), “Оперетта” (“Operette”, 1940), “Звезда Рио” (“Stern von Rio”, 1940), “Бал в опере” (“Opernball”, 1939) и “Станционный смотритель” (“Der Postmeister”, 1940). Что же касается рейхскомиссариата “Остланд”, то там “пятерка” выглядела так: “Оперетта” (“Operette”, 1940), “Великая любовь” (“Die große Liebe”, 1942), “Незадачливый пилот Квакс” (“Quax der Bruchpilot”, 1941), “Еврей Зюсс” (“Jud Süß”, 1940) и “Я обвиняю” (“Ich klage an”, 1941).

Film Distribution Production in Occupied Ukraine 7В течение всего 1942 года продолжались споры о том, насколько приемлемо для “новой власти” название “Кинообъединение Украина” или “Украина-фильм”. Чтобы не вызвать в Берлине подозрений в том, что речь идет о сугубо “украинском предприятии”, предлагалось назвать его либо “Немецкая кино­служба Украины” (Deutscher Filmdienst Ukraine GmbH), либо “Немецкое кинопрокатное предприятие” (Deutsche Filmverwertung GmbH), либо “Немецкий Украинфильм” (Deutsche Ukraine-Film GmbH). Прижившееся в конце концов название “Кинообъединение Украина” с добавкой “товарищество” было очень похоже на его советский вариант, появившийся еще в ноябре 1930 г. – “Украинфильм” (в 1922-1930 гг. – Всеукраинское фотокиноуправление, ВУФКУ). В титрах же пропагандистских фильмов Кинообъединение и вовсе именовалось “по старинке” – “Украинфильм”. Было ли это случайностью или свидетельством того, что, вопреки пояснению “товарищество”, кинопроизводство продолжало контролироваться государством, или же попыткой использовать известное тысячам украинцев название, доподлинно неизвестно. В любом случае, тот факт, что на Украине, в отличие от России и Белоруссии, было основано собственное предприятие по кинопроизводству, подчеркивал ее особую роль среди оккупированных “восточных областей”.

Так, согласно директиве Имперского министерства оккупированных восточных территорий, выпущенной в мае 1941 года, Украину следовало рассматривать как “полноправного члена семьи народов новой Европы”. Это голословное утверждение немцы стремились поддерживать при помощи агитационных фильмов. Ярким примером тому служит псевдодокументальная лента “Мы живем в Германии” (Wir leben in Deutschland), снятая в 1942-43 гг. режиссером Эберхардом Лёссером (Eberhard Lösser) и оператором Фридрихом Юрдой (Friedrich Jurda). Музыку к кинокартине написал Вальтер Шютце (Walter Schütze). В фильме показана некая “новая Европа” на примере идиллически изображенного лагеря, где в бараках по принципу “самоуправления” живут люди из разных европейских стран, среди которых, естественно, и украинцы.

В других фильмах простодушным украинцам наставнически-приветливо прививали элементарные правила гигиены, крестьян обучали более успешным, читай – немецким, методам ведения сельского хозяйства.

В некоторых кинолентах вторжение немецких войск преподносилось как освобождение от жестоких “еврейско-большевистских комиссаров”, которые говорили с экрана по-русски с еврейским акцентом наподобие полукриминальных персонажей из “Одесских рассказов” Исаака Бабеля. В отдельных фильмах они же насиловали дочерей украинских крестьян, высылавшихся в Сибирь. Естественно, что дочерей пришли освобождать белокурые немецкие солдаты. Неотъемлемой чертой таких картин были рассказы об “освободителе Европы” Гитлере и о “чудесной жизни” в Третьем Рейхе. Немецкие солдаты-“освободители” представлены в разных амплуа – одним они оказывали первую медицинскую помощь, с другими делились махоркой или водкой.

Другие агитационные фильмы показывали шахтеров Донбасса во время их поездки в Германию и, опять же, украинцев, которые работали там во имя “окончательной победы над еврейским большевизмом”, набираясь опыта и знаний для предстоящего восстановления собственной Родины.

Интересным примером вербовки остарбайтеров служит 22-х минутный фильм “Мы едем в Германию” (Wir fahren nach Deutschland. Der Weg ins Reich), снятый в 1942 году (режиссер – Георг Дальстром (Georg Dahlström), оператор – Вальтер Людтке (Walther Lüdtke), музыка – Франц Р.Фридль (Franz R.Friedl)). В нем пропагандой не только приукрашивается жизнь на Украине и в Германии, но и рассказываются небылицы о “заботливости” немцев, как и во многих других фильмах, подчеркивается свобода вероисповедания.

Бодрый голос диктора провозглашал: “В сентябре 1941 года на нашей Родине произошло огромное и радостное событие: немецкая армия-освободительница навсегда изгнала большевистскую власть. Кончилось колхозное рабство на селе. Кончилось еврейское засилье в городах. Кончилась кровавая диктатура Сталина и НКВД. (…) Война ушла на Восток, вслед за отступающими большевиками. Но фронт еще чувствуется во всем. И каждый честный русский, украинец, белорус чем могут помогают фронту, чем помогают окончательному свержению жидобольшевизма”.

Немецкие создатели фильма использовали и такие стереотипы как пристрастие “восточных народов” к употреблению крепких спиртных напитков: “Перед посадкой в вагоны – последние формальности: перекличка и объявление о правилах во время пути. Администрация вербовочной комиссии сообщает, сколько дней продлится путь в Германию и какой будет выдан паек на дорогу. Кроме пайка каждому будет выдана бутылка водки. Переводчик по этому поводу отпустил какую-то шутку. Вы видите: люди смеются и хлопают в ладоши. Действительно, в пути бутылка водки никогда не лишняя!”.

Вот какой патетический комментарий звучит в конце картины “Мы едем в Германию”: “Нам всем слегка грустно, когда мы слышим мелодии народных песен, ведь каждый из нас любит свою Родину. Но не надо грустить, друзья! Вспомните о том, что самое тяжкое у вас уже позади. С большевиками покончено! Пройдет немного времени, и на развалинах жидовской власти расцветет наша новая Родина и наш прекрасный народ, как равный среди других народов новой Европы, устремится к счастью и благоденствию!”.

Данная тактика функционировала эффективно – пусть даже она проводилась в дидактическом, снисходительном тоне, тоне высокомерной господствующей расы, считавшей, правда, что разрешать украинцам смотреть кино вместе с немцами – это уж слишком.

Film Distribution Production in Occupied Ukraine 8В съемках этого фильма (кстати, существовал еще один вариант названия: “Галина едет в Германию”) принимал участие известный кинооператор Николай Топчий (17.12.1905-1973), один из основателей отечественной школы операторов, снявший с Иваном Кавалери­дзе “Штурмовые ночи”, “Перекоп” и “Колиивщину”. За это по окончании войны он был приговорен к десяти годам лагерей. По словам самого Топчего, на сотрудничество с оккупантами он пошел из-за необходимости обеспечить должный уход за больной матерью. Кинооператор также обвинялся как участник создания фильма “Киев, изувеченный большевиками”. Талант, однако, он сумел сохранить и в лагере. Его первая же картина после освобождения в 1953 г. – “Дорогой ценой” (1957 г.) Марка Донского (06.03.1901-21.03.1981) стала отличным примером операторского искусства, угадав направление развития экранной стилистики. В 1956-1973 гг. он работал оператором-постановщиком Киевской киностудии им. А.Довженко.

На студии “Кинообъединения Украина”, которая сетовала на нехватку кадров из Германии или хотя бы немцев по национальности, функционировала группа специалистов бывшей советской киностудии “Украинфильм”, эвакуированной в Ашхабад и Ташкент. Руководил этой группой Константин Станишевский. В числе других сотрудников был этнический немец Иван Иванович Никитин – кинотехник и изобретатель звукозаписывающего аппарата “Н-7”. Согласно воспоминаниям Станишевского, хранящимся в архиве киностудии им.А.Довженко, после вторжения немецких войск Никитин пошел на службу к немцам, однако уже в 1942 г. перестал верить в их победу и помог спасти жизнь нескольким людям – гримеру Леониду Хазанову, оператору Ф.Корнееву и профессору института кино А.Гончарову, бежавшему из лагеря для военнопленных.

Из воспоминаний Станишевского о помощи Хазанову: “Легализовать его можно было только с помощью “аусвайса”, для чего нужно было попечительство трех авторитетных лиц. Иду к Никитину.
– Он же еврей! – удивляется Иван Иванович.
– Да нет же. Как всякий одессит он похож и на грека, и на молдаванина, и на еврея – вот и метрика!
Положена подпись Никитина, Хазанов оформлен проявщиком в фотографию “К и К” (Конев и Ковальчук Всеволод)”.

Что касается Ковальчука, то он, бывший фронтовой оператор, в оккупированном Киеве стал владельцем фотоателье, которое посещали офицеры и солдаты. Чтобы спасти людей, он брал их к себе на работу. Так, кроме Хазанова у него работала Валентина Тышковец (26.01.1915-20.02.1977) – жена режиссера Александра Козыря, еврейка по национальности и кандидат в члены ВКП(б).

Коллектив Станишевского фактически копировал немецкие художественные фильмы и снабжал их субтитрами. Помимо этого, как вспоминал художник Алексей Бобровников, одновременно работавший сторожем в гараже, существовали и другие дела: надо было заниматься огородом, расположенным на огромной территории Киевской студии, одной из крупнейших в Европе. Дело в том, что каждому сотруднику киностудии был выделен участок для выращивания овощей на грядках.

По вечерам сотрудники слушали сообщения Совинформбюро по радио. Станишевский не только знал об этом, но и всячески способствовал подобному опасному времяпрепровождению.

После войны К.Станишевский был осужден за сотрудничество с немцами, отсидел до 1952 года, однако затем был оправдан. В постановлении суда, в частности, отмечено, что хотя “студия и занималась изготовлением некоторых кинофильмов, однако ни один из них за весь период оккупации не был закончен производством и не был выпущен на экран”.

Упомянутый выше кинорежиссер и скульптор Иван Петрович Кавалеридзе (01.04.1887-03.12.1978), который жил в оккупированном Киеве, отказался выехать в Берлин на работу в студии UFA.

Film Distribution Production in Occupied Ukraine 922 июня 1941 года застало его далеко от Киевской студии, которую эвакуировали в Среднюю Азию. Кавалеридзе в тот период снимал фильм “Пісня про Довбуша” по сценарию Любомира Дмитерко. В архиве Музея-мастерской И.П.Кавалеридзе хранится командировочное удостоверение от 19.05.1941 г. по 02.07.1941 г. во Львовскую и Станиславскую области. Его съемочной группе численностью 27 человек пришлось практически пешком возвращаться в оккупированный Киев, куда они прибыли 20 сентября. Какое-то время Кавалеридзе подрабатывал живописью – рисовал пейзажи, которые обменивал на продукты на киевском “Еврейском базаре”. Под влиянием функционеров ОУН Елены Телиги, Олега Ольжича и Уласа Самчука он устроился на работу в городскую управу, где ему была предоставлена должность начальника комитета по делам искусств. 

Кинорежиссер А.П.Довженко заочно обещал лично пристрелить “изменника Кавалеридзе”, когда будет освобожден Киев, несмотря на то, что его сын Игорь и пасынок Борис погибли на фронте, а дочку Нину от первого брака казнили в Харькове за связь с партизанами. 

В 1944-1948 гг. Кавалеридзе работал старшим научным сотрудником отдела монументальной архитектуры Академии архитектуры УССР, а в 1957-1962 гг. – режиссером Киевской киностудии им. Довженко.

Вернемся, однако, к истории “Кинообъединения Украина”. По указанию от 30 июня 1942 г., в Киеве с 17 января по 15 февраля 1943 г. проводилась инспекция. По ее результатам было установлено, что “Кинообъединение Украина”, основанное 10 ноября 1941 г. на базе начального капитала в 50 тыс. рейхсмарок, в период с декабря 1941 года по 15 января 1943 года “открыло в общей сложности 314 кинотеатров примерно на 98,600 мест”. Кроме того, “согласно приказу Верховного главнокомандующего вермахта, проводились мероприятия по обслуживанию войск в области кино”. Однако собственное кинопроизводство “до настоящего момента не осуществлялось”. Читаем: “В Киеве студия располагает территорией приблизительно в 120,000 м2 . На этой территории находятся большой съемочный зал общей площадью 100 на 35, т.е. 3500 м2, и высотой 22 м, а также два маленьких студийных помещения, высотой по 12 м и площадью 384 и 270 м2 соответственно. Все залы прекрасно оборудованы для работы осветителей, так как снабжены мостками и электрическими крановыми тележками. Большой съемочный зал, построенный изначально для съемок немых фильмов, не имеет особой звукоизоляции, тогда как оба других студийных помещения хорошо изолированы от внешних шумов. Поэтому, по экспертному заключению, и проведение съемок пропагандистских и просветительских фильмов, и дубляж могут осуществляться исключительно в маленьких студийных помещениях. Некоторые трудности наблюдаются, однако, с материально-техническим снабжением и с доставкой аппаратуры, а также в отношении кадров. Тем не менее, в течение 1943 года условия для съемок кинокартин были обеспечены”.

Film Distribution Production in Occupied Ukraine 10Правда, в данном отчете упоминалось, что, согласно решению уполномоченных министерств, принятому 22 октября 1942 г., в киевских студиях требуется снимать “не чисто художественные фильмы”, а исключительно “пропагандистские и просветительские картины на украинском языке”. “В финансовом 1942-1943 году были запущены в производство учебный фильм о табачной промышленности, а также научно-популярный фильм о городе Киеве”. Также указывалось, что начатые съемки проходят с большими трудностями. Они возникали, в частности, “из-за попытки большевиков (…) при отступлении оставлять производственные предприятия на Украине по большей части в непригодном состоянии”. Сложности объяснялись к тому же нехваткой хороших специалистов, так как граждан Германии и этнических немцев (фольксдойчей) удавалось назначать “лишь на руководящие должности”.

Несмотря на это, в феврале 1943 г. оккупационными властями вынашивалась идея основать и начать немецкое кинопроизводство в Ялте. Считалось, что “Крымская область, еще не находящаяся под гражданским управлением, отличается особыми климатическими условиями, возможно, даже более благоприятными, чем в Голливуде”. Эта задумка частично напоминала план “Советского Голливуда” на Черном море, разработанный в начале 1930-х годов председателем Всесоюзного кинофотообъединения Б.З.Шумяцким (16.11.1886-29.07.1938) после возвращения из поездки в США. Однако же, немецкому плану было не суждено осуществиться из-за неблагополучного для Германии развития боевых действий на Восточном фронте.

Film Distribution Production in Occupied Ukraine 11Так, 20.04.1943 г. администрация “Центрального кинообъединения Восток” направила на имя Макса Винклера жалобу, в которой, в частности, сообщалось, что в связи с “начавшимися в конце февраля военными действиями” сосредоточенные в Киеве немецкие войска целиком заняли территорию киностудии, конфисковали некоторые ее здания, несколько грузовиков, а также часть запасов угля, дерева и торфа – то есть практически все “за исключением копировального помещения”. К этому времени “Кинообъединение Украина” получило приказ “безотлагательно покинуть столицу области город Киев”, однако ее сотрудникам пришлось ненадолго задержаться из-за вмешательства пропагандистских подразделений армии, отозванных обратно в Киев.

По состоянию на 31.08.1943 г., численность штата “Центрального кинообъединения Восток” составляла 121 чел., “Кинообъединения Украина” – 141 чел., а “Кинообъединения Остланд” – 33 человека.

Царившие настроения нашли отражение в записке председателя “Центрального кинообъединения Восток” д-ра Эриха Мюллера-Бекедорфа (Erich Müller-Beckedorff) д-ру Максу Винклеру от 12.04.1944 г. В ней, в частности, сказано: “отныне потеряна надежда на то, что произошло всего лишь гибкое отступление”, и “в данный момент, прежде всего, необходимо признать полную потерю Украины”.

Film Distribution Production in Occupied Ukraine 12Тем не менее, в номере от 24.05.1943 г. “Фильм курир” информировал своих читателей, что “Кинообъединение Украина” выпустило несколько документальных фильмов для местного населения, в числе которых “Мы работаем в Германии” (“Wir schaffen in Deutschland”), “Дорога в Рейх” (“Der Weg ins Reich”) и “Письмо домой” (“Brief in die Heimat”). В другой картине – “Своими глазами” (“Mit eigenen Augen) – рассказывалось о впечатлениях русских рабочих и крестьян от поездки в Германию. Сюжет еще одного фильма, “Зеркало времени” (“Der Spiegel der Zeit”), повествовал о поддержке, оказанной иллюстрированному изданию местной общественностью. Газета сообщала, что запланирован выпуск еще ряда картин: “Прекрасный Остланд” (“Das schöne Ostland”) и “В стране чернозема” (“Am Land der schwarzen Erde”). В статье озвучивались и другие планы “Кинообъединения Украина” – выпустить на экраны кинокартины о счастливом возвращении русских крестьян из советских лагерей под названиями “Вернувшийся” (“Der Rückkehrer”) и “Новая жизнь” (“Das neue Leben”).

Помимо этого, уже в наши дни в Белградском киноархиве были обнаружены пропагандистские фильмы без титров, снятые на территории оккупированной Украины. В качестве актеров, скорее всего, снимались артисты украинских провинциальных театров, которые продолжали работать и во времена оккупации. Фильмы “Концлагерь лесников”, “Люди товарища Эдельштейна” и “Последний удар”, не мудрствуя лукаво, были состряпаны по единой схеме: украинских крестьян угнетает советский управленческий аппарат, составленный сплошь из одних евреев. Украинское население при этом говорило по-украински, а вот еврейские начальники – на русском с жутким одесско-еврейским акцентом. Далее по стандартной схеме: в деревни входят немцы-освободители, все как на подбор светловолосые, стройные и симпатичные, и жизнь в мгновение ока меняется к лучшему.

В начале 1944 г. в структуре “Центрального кинообъединения Восток” появилось новое подразделение – открытая в Париже монтажная студия для дублирования фильмов, предназначенных для “восточных территорий”.

Сперва киностудия переместилась в г.Луцк на Западной Украине, а в марте 1944 г. была переведена в специальный лагерь в г.Кенигсхютте (Gemeinschaftsbetriebe Königshütte) в горах Гарца, которым не угрожали авианалеты. В месячном отчете д-ра Мюллера-Бекедорфа от 25.01.1945 г. говорилось, что рабочая сила пополнилась “новыми украинскими специалистами из Словакии”, а также отмечалось намерение перевести “неквалифицированные кадры на работы в другие области по обороне”. В документе упоминалось их плохое снабжение продовольствием и одеждой, но особо подчеркивалась проводимая с ними активная пропагандистская работа. “23 декабря 1944 года состоялся рождественский праздник для иностранных сотрудников. Дирекция и управление лагерем тщательно позаботились о его проведении. На празднике присутствовали 93 человека, в частности немцы – граждане Рейха, находящиеся в Кенигсхютте. Хочется отметить замечательный уровень пропагандистского просвещения на этом мероприятии. Успех его заключался и в том, что после праздника состоялось добровольное собрание одного украинского коллектива. В результате его неожиданно была собрана сумма в размере 2,650 рейхсмарок в пользу Освободительной армии генерала Власова; пожертвования внесли 53 украинца. Для моральной поддержки иностранных работников проводился постоянный показ фильмов, и были пополнены фонды библиотеки на иностранном языке”.

Деятельность “Кинообъединения Украина” была приостановлена по приказу А.Гитлера от 25.07.1944 г., а права владения оставшимся наследием приобрел синдикат “Тобис-фильм” (Tobis Filmkunst GmbH) 31.01.1945 г. Вот цитата из примечания к договору о продаже:

“1. Техническое оборудование, аппаратура и прочий инвентарь “Кинообъединения Украина” перевезены на территорию Германии. Они инвентаризованы и хранятся на складах по указанию соответствующих инстанций в зданиях и помещениях завода “Рауталь” в Кенигсхютте в Гарце. Согласно приказу рейхсминистра вооружений и военного производства и рейхсминистра экономики от 15 марта 1944 года, следует найти применение данным объектам в военной экономике.

2. 4 августа 1944 года поверенный ответственного лица по общему ведению военных действий выпустил следующее указание. Работа студии “Кинообъединение Украина” прекращена, ее деятельность на территории Украины закончена. Важные в военном отношении задачи в области кинопроизводства, полученные этим учреждением после его перевода в Кенигсхютте, не касаются поручения по опеке, данного рейхскомиссаром Украины”.

Юридически лишенное капитала “Центральное кинообъединение Восток” формально прекратило свое существование лишь 15 апреля 1958 г. указом западноберлинского суда “на основании параграфа 2 закона от 9 октября 1934 года”.

 

Использованные источники:

1. Интернет-портал Germanfilms.net (с разрешения администрации сайта использованы большинство иллюстраций и информации).

2. Шлегель, Ганс-Йоахим. “Объединение Украина-фильм: нацистская кинопропаганда в оккупированной Украине” (перевод с немецкого Арины Нестьевой). “Киноведческие записки” № 94/95, 2010 г.

3. “Кино под немцами”. Сайт “Фокус”.

4. Жуков Д.А., Ковтун И.И. Антисемитская пропаганда на оккупированных территориях РСФСР. Москва-Ростов-на-Дону: Феникс, 2015.

5. Roel Vande Winkel & David Welch, Editors. Cinema and the Swastika: The International Expansion of Third Reich Cinema. 2007.