Материалы

 

Румынские добровольцы в армии Италии (1918-1919)

“Румынский Легион в Италии символизировал преемственность борьбы за освобождение и единство румын. В этом и состояла историческая миссия Легиона”.
Румынская газета “Gazeta Voluntarilor”

Румыния в предвоенные годы и на начальном этапе Первой мировой войны

Romanian Volunteers 1Основные вехи исторического развития двух европейских государств, о которых пойдет речь в данном материале – Румынии и Италии – имеют множество схожих черт, особенно ярко проявившихся во второй половине XIX-начале ХХ вв. Так, государственное устройство обеих стран в привычном для нас виде сформировались в середине XIX века, обе они в большей или меньшей степени заигрывали с Тройственным Альянсом, однако с началом Великой войны провозгласили нейтралитет, а затем по мере развития мирового военного конфликта выступили на стороне Антанты, нарушив соглашения с Австро-Венгрией и Германией. Схожие метаморфозы происходили во внешней политике Италии и Румынии и в годы Второй мировой войны, однако эта тема выходит за рамки данной публикации.

Для лучшего понимания описываемых ниже событий необходимо совершить небольшой экскурс в историю взаимоотношений Королевства Румыния с мировыми державами в предвоенный период и на начальном этапе Великой европейской войны. 

Вскоре после объявления Австро-Венгрией войны Сербии 28.07.1914 г. из-за известных событий в Сараево представители Антанты довели до сведения румынского правительства готовность поддержать территориальные притязания Бухареста на Трансильванию в обмен на присоединение Королевства к коалиции и ее участие в войне против Центральных держав (30.07.1914 г.). В свою очередь, послание императора Германии Вильгельма II королю Румынии Каролю I, направленное уже на следующий день, содержало предложение выполнить обещания, данные румынами блоку Центральных держав. Речь шла о двух документах – секретном соглашении, подписанном в Вене 30.10.1883 г., и Договоре от 05.02.1913 г.

После того, как Германия объявила войну Российской Империи 01.08.1914 г. Королевский совет Румынии, собравшийся 3 августа в летней резиденции Кароля I, отверг просьбу монарха присоединиться к Центральным державам и вместо этого принял решение придерживаться политики нейтралитета в надежде присоединить к себе Трансильванию при помощи Антанты. В защиту румынского короля стоит, однако, отметить, что прогерманские симпатии короля были вполне естественными: урожденный Карл Эйтель Фридрих Зефиринус Людвиг фон Гогенцоллерн-Зигмаринген принадлежал к швабской ветви германского владетельного Дома Гогенцоллернов, военную карьеру начал в прусской гвардии, да и на трон Румынии взошел, лишь посоветовавшись со всесильным “железным канцлером” Отто фон Бисмарком.

Не осталась в стороне и Российская Империя – 18.09.1914 г. было подписано секретное соглашение, известное как “Договор Сазонова-Диаманди”, согласно которому Россия в обмен на благожелательный нейтралитет со стороны Бухареста обязывалась защищать территориальную целостность Румынии и признавала ее право на часть областей Австро-Венгрии, имея в виду все ту же Трансильванию. Внезапная кончина короля Кароля I, последовавшая 10.10.1914 г., сделала невозможным запланированное монархом отречение от престола из-за неспособности поддержать родственную Германию.

Вместе с тем, германские власти не оставляли попыток привлечь Румынию на сторону Центральных держав. Так, в июне 1915 г. депутат Рейхстага Маттиас Эрцбергер (Matthias Erzberger, 20.09.1875-26.08.1921) посетил Австро-Венгрию, где провел ряд встреч с влиятельными политиками Вены и Будапешта. Несмотря на то, что ради союза с Бухарестом австрийцы были готовы пойти на территориальные уступки вплоть до передачи румынам Южной Буковины, премьер-министр Венгрии Иштван Тиса (István Tisa, 22.04.1861-31.10.1918) категорически отказался обсуждать подобные перспективы.

Взошедший на трон Румынии племянник бездетного Кароля I Фердинанд I согласился на присоединение королевства к Антанте (17.08.1916 г.), а уже 27 августа Бухарест объявил войну Империи Габсбургов. В результате взаимного обмена нотами к 01.09.1916 г. Румыния оказалась в состоянии войны со всеми Центральными державами.

Что же касается румыно-итальянских отношений, то схожая позиция обоих государств по отношению к участию в мировом конфликте стала своеобразным катализатором развития двустороннего сотрудничества. Так, 23.09.1914 г. между двумя странами был подписан краткосрочный договор на четыре месяца, в соответствии с положениями которого его участники обязались не слагать с себя статус нейтральных держав, не поставив предварительно в известность об этом шаге вторую сторону. Также было достигнуто соглашение о консультациях по вопросам, представляющим “значительный интерес” для каждого из государств. Более того, власти Италии согласились с притязаниями Румынии на территории Баната и Трансильвании. Действие Договора было продлено 06.02.1915 г. еще на четыре месяца, но с добавлением нового важного пункта: в случае безосновательной агрессии со стороны Австро-Венгрии в отношении одной из стран вторая сторона обязывалась предоставить помощь. Вместе с тем, стремление Италии заполучить австро-венгерские территории при поддержке Союзников вынудило Рим нарушить нейтралитет под давлением Великобритании и Франции, вступить в Антанту, а затем и вовсе объявить войну Двуединой монархии (но не Германии). Уже через полтора года Италия и Румыния вновь объединили усилия в рамках Антанты, но сотрудничество между ними по своим масштабам уступало румыно-российским и румыно-французским отношениям.    

Румынские военнопленные в Италии

Romanian Volunteers 2До распада Австро-Венгрии территории Трансильвании, Баната и Буковины входили в состав Империи Габсбургов. Численность этнических румын, проживавших в то время в Трансильвании и Банате, составляла примерно 3-3,5 миллиона человек. Из их числа в армию Двуединой монархии было призвано от 400 до 600 тысяч человек, которых направили преимущественно на фронт в Россию (Галицию) и Италию.

В данном контексте стоит отметить, что за исключением Великобритании, которая мобилизовала в свою армию представителей множества народов, населявших ее колонии и заморские территории, Австро-Венгрия была практически единственной участницей Великой войны (а если брать в расчет только континентальные державы, то и вообще единственной), чьи Вооруженные силы представляли настоящий “интернационал”. Так, национальный состав армии Дунайской монархии в полной мере отражал положение дел в самой Империи: в среднем из 1,000 военнослужащих лишь 267 были австрийцами, а 223 – венграми. Остальные солдаты были представлены чехами (135 человек), поляками (85), русинами (81), сербами и хорватами (67), румынами (64), словаками (38), словенцами (26) и итальянцами (14). 

Сведения о первых военнопленных из числа трансильванских румын, захваченных в Италии, относятся к июлю 1915 года.

В соответствии с распоряжением министерства внутренних дел Италии, на начальном этапе войны военнопленные не использовались на работах вне лагерей. Подобное решение было принято не в силу гуманных соображений, а из опасения нарушить сложившийся баланс на рынке труда, ведь задействование бесплатной рабочей силы в лице военнопленных на тяжелых работах вполне могло привести к всплеску безработицы и, как следствие, социальному взрыву. Тем не менее, затянувшаяся война требовала все большего числа призывников в итальянскую армию, и власти пересмотрели свое отношение к использованию военнопленных, руководствуясь, однако, Конвенцией о законах и обычаях сухопутной войны, принятой в Гааге 18.10.1907 г. Так, текст Статьи 6 Главы 1 Отдела I “Положения о законах и обычаях сухопутной войны” гласил: “Государство может привлекать военнопленных к работам сообразно с их чином и способностями, за исключением офицеров. Работы эти не должны быть слишком обременительными и не должны иметь никакого отношения к военным действиям. Военнопленным может быть разрешено работать на государственные установления за счет частных лиц или лично от себя. Работы, производимые для государства, оплачиваются по расчету цен, существующему для чинов местной армии, за исполнение тех же работ, а если такового расчета нет, то по ценам, соответственным произведенным работам. Если работы производятся на государственные установления или за счет частных лиц, то условия их определяются по соглашению с военной властью. Заработок пленных назначается на улучшение их положения, а остаток выдается им при освобождении, за вычетом расходов по их содержанию”.

К 1916 г. численность австро-венгерских военнопленных румынской национальности, содержавшихся в Италии, заметно возросла. Они содержались примерно в пятидесяти лагерях, большая часть которых располагалась на севере Италии, неподалеку от прифронтовой зоны. В некоторых лагерях содержался довольно многочисленный румынский контингент: по оценкам итальянского Военного министерства, 3,600 чел. находились в Мантуе (Mantova), 2,000 – в Кавардзере (Cavarzere), по 800 человек в Остилье (Ostiglia) и Кьяравалле (Chiaravalle), а также 400 чел. в Коне (Cona). К этому времени итальянские власти стали получать все больше настойчивых требований со стороны крупных землевладельцев использовать этих военнопленных на сельскохозяйственных работах в различных регионах страны. В итоге бывшие солдаты стали направляться для работы в поле и, в меньшей степени, на промышленные предприятия.  

Особенно напряженная ситуация сложилась в провинции Л’Аквила, которая стала жертвой печально знаменитой катастрофы, вошедшей в историю как Землетрясение в Авеццано (13.01.1915 г.). Именно там, в центральной части Апеннинского полуострова и был расположен эпицентр страшного землетрясения силой 7,5 баллов по шкале Рихтера. Разбушевавшаяся природная стихия унесла тогда жизни более 32,5 тысяч итальянцев, были разрушены сотни деревень и поселков Центральной Италии, расположенных на площади свыше 1,600 кв.км. Местным властям срочно требовалась рабочая сила для строительства дорог, жилых домов и административных зданий. Выход из положения был найден: в г.Скуркола-Марсикана (Scurcola Marsicana) был создан крупный лагерь для военнопленных, способный вместить 15,000 вражеских солдат и 1,000 военнослужащих итальянской армии для их охраны. Среди пленных было немало выходцев из Австро-Венгрии, среди которых этнические румыны из Трансильвании, Баната и Буковины составляли большинство. В кратчайшие сроки румынские пленные сумели завоевать симпатии местного населения прилежным трудом, к тому же сказывалась близость языков (в отличие от немецкого и венгерского контингентов). Более того, было зарегистрировано несколько браков между итальянскими девушками и румынскими военнопленными.

После вступления Румынии в Первую мировую войну в августе 1916 года многие румынские военнопленные, воодушевленные примером чехов, словаков, югославов и поляков, изъявили желание вступить добровольцами в национальные военные части и сражаться на стороне Антанты.

Зарождение Румынского Легиона

Romanian Volunteers 3В самом начале 1918 г. стремление организовать добровольческое подразделение для борьбы с Австро-Венгрией на стороне итальянских войск стали высказывать румыны, проживавшие на территории Албании. Так, 17.01.1918 г. инициативная группа составила послание, в котором говорилось: “будучи связанными с итальянцами по крови и происхождению, а также в силу общности языка, мы не можем оставаться равнодушными к страданиям нашей земли. Во имя собратьев-румын, угнетаемых на Балканах теми, с кем нас не связывает ничего общего, мы просим сформировать Румынский Легион для его применения на итальянском фронте”. Документ подписали ревизор румынских школ в г.Корча Х.Баламачи (H.Balamaci), представитель румынской общины района Пинд Андиу Нуочи (Andiu Nuoci), глава румынской общины г.Корча Папас Котта Баланджу (Papas Cotta Balangiu), представитель румынской общины района Катерина д-р А.Зега (A.Zega), представитель коммуны Плеаза Стерие Баламачи (Sterie Balamaci) и представитель Битолии Виргил Папаци (Virgil Papazi).

Аналогичные предложения поступали от румын, проживавших в Македонии и в горных районах Пинд.

С 27 марта по 10 апреля 1918 г. в римском Капитолии состоялось заседание “Конгресса народов, угнетенных Австро-Венгерской монархией” (Congresso delle Nazionalità Oppresse nella Monarchia Austro-Ungarica), в котором приняли участие представители Румынии, Чехословакии, Югославии и Польши. Задачей Конгресса под патронажем Союзников, в частности, Франции и Италии, являлось ослабление позиций Германии и Австро-Венгрии путем поддержки сепаратистских настроений среди национальных меньшинств, населявших эти могущественные империи. Именно там было заявлено стремление Национальных комитетов этих народов к суверенитету и созданию полностью независимых государств по окончании Великой войны. После выхода России из войны западные державы не видели препятствий к провозглашению независимой Польши, и даже Италия, имевшая территориальные претензии в Далмации, согласилась на создание Югославского государства. Голосование, состоявшееся 10.04.1918 г., предрекло дальнейшую судьбу Габсбургской империи, которая, по мнению Союзников, после победы Антанты подлежала расчленению на несколько государств.   

Группа из 22 румынских офицеров, содержавшихся в лагере Кассино (Cassino), создала “инициативную группу” и 6 апреля 1918 г. направила обращение к румынским делегатам Конгресса – Думитру Дрэгинеску (Dumitru Drăghicescu, 04.03.1875-14.09.1945), Николае Георге Лупу (Nicolae Gheorghe Lupu, 24.02.1884-30.04.1966), Симион Мындреску (Simion C.Mândrescu, 18.07.1868-30.09.1947) и Георге Миронеску (Gheorghe Mironescu, 28.01.1874-09.10.1949).

Румынские представители сумели добиться одобрения правительства Италии на создание автономных национальных подразделений и придания им официального статуса союзнических частей. Так, 27.04.1918 г. председатель Совета министров Италии Италии Витторио Эмануэле Орландо (Vittorio Emanuele Orlando, 18.05.1860-01.12.1952), занимавший премьерский пост с 30.10.1917 г. по 23.06.1919 г., обратился к герою войны, корпусному генералу Армандо Диазу (Armando Vittorio Diaz, 05.12.1861-29.02.1928) с поручением реализовать на практике идею формирования добровольческих подразделений из австро-венгерских военнопленных румынской национальности. 

Вскоре после этого представители Бухареста посетили румынских военнопленных, содержавшихся в лагерях Кассино (Cassino) и Камальдоли (Camaldoli). К тому времени общая численность находившихся в итальянском плену румын уже составляла почти 18,000 человек – 108 офицеров, 27 унтер-офицеров и 17,504 нижних чина.

Возможность использовать этих солдат и офицеров в военных и пропагандистских целях заинтересовала руководство “Румынской ассоциации Трансильвании и Баната” (Asociaţie Românilor din Transilvania şi Banat), президент которой, вышеупомянутый Симион Мындреску остался в Италии для осуществления практических шагов в этом направлении. Он, в частности, добился выделения ему здания в г.Читтадукале (Cittaducale) в провинции Л’Аквила, переоборудованного в сортировочный лагерь для румынских добровольцев. Вскоре туда были переведены 32 офицера, включая состав вышеупомянутой “инициативной группы” из Кассино, и к 20.05.1918 г. численность доставленных туда офицеров-добровольцев выросла до 84 человек. Известны имена некоторых из них – Иоан Телегуц (Ioan Teleguţ), Кымпеан Иоан (Câmpean Ioan), Петре Углиш (Petre Ugliş), Титус Ливиус Триф (Titus Livius Trif) и Димитрие Ковари (Dimitrie Kovary).

В их обращении к румынским военнопленным содержалось и такое заявление: “Мы приняли решение пожертвовать всем, что мы имеем – нашими душами, нашими телами, нашим имуществом и нашими жизнями, отдавая твердый отчет в том, что мы отстаиваем права, цивилизацию, свободу и прогресс всех народов и наций. Мы будем счастливы, если нашим батальонам выпадет шанс собраться воедино под флагом нашего Отечества”. Офицеры заверили представителей итальянских властей, что они “скорее предпочтут пасть на поле брани, нежели влачить ужасное существование под гнетом Австро-Венгрии”. Тогда же были приняты решения о выпуске информационного листка “Офицерский корпус Читтадукале” (“Corpul ofiţeresc de la Cittaducale”) и пропагандистской открытки. Последняя, однако, появилась лишь после официального провозглашения Легиона в октябре 1918 г.

После того, как Симион Мындреску провел встречи с главой МИД Италии Сидни Константино Соннино (Sidney Constantino Sonnino, 11.03.1847-24.11.1922) и генералом Сингарди, нижние чины стали переводиться в лагеря Фонте д’Аморе (Fonte D’Amore), Урбия (Urbia) и Терразини (Terrasini), а офицеры – в Риети (Rieti).

Премьер-министр Витторио Орландо не только поддержал идею создания румынского добровольческого подразделения, но и охарактеризовал этих румынских офицеров как кадровое ядро будущих формирований. 4 июня 1918 г., незадолго до Битвы при Пьяве (сражение 15-23 июня у реки Пьяве между австро-венгерскими и итальянскими войсками), первые десять румынских офицеров были прикомандированы к разведке итальянской 2-й армии.

19 июня 1918 г. румынский офицерский корпус, содержавшийся в Читтадукале, принял решение создать в Риме “Инициативный комитет румын из Трансильвании, Баната и Буковины” (Comitato d’Azione dei Romeni di Transilvania, Banato e Bucovina – ит., Comitetul de Acţiune al Românilor din Transilvania, Banat şi Bucovina – рум.) с целью последующего формирования “Румынского Легиона в Италии” (“Legione Romena d’Italia”). Именно тогда впервые прозвучало название подразделения, которому будет суждено появиться в официальных списках через четыре месяца. Уже июле 1918 г. эта идея получила одобрение Верховного командования Италии и лично военного министра Витторио Италико Зупелли (Vittorio Italico Zupelli, 06.03.1859-22.01.1945).

На начальном этапе из 3,000 румынских военнопленных, изъявивших желание вступить в Легион, было отобрано 500 солдат для направления в боевые части. Параллельно офицеры из Читтадукале совершали инспекционные поездки в различные лагеря для военнопленных с целью привлечь как можно больше волонтеров для последующего вступления в ряды Легиона.

Итальянская пропаганда для военнослужащих-румын австро-венгерской армии

Как и любое воюющее государство, после вступления в мировой конфликт Италия прикладывала планомерные усилия по деморализации противника с целью повысить число дезертиров и перебежчиков. Особенно активно эта работа проводилась военным ведомством королевства на заключительном этапе войны: лишь за период с 15 мая по 1 ноября 1918 г. на австрийские позиции было сброшено более 59 миллионов пропагандистских листовок 643 различных типов, было издано 9,31 миллионов специальных агитационных газет на четырех языках, включая, разумеется, и румынский.

Вот, например, текст листовки, изданной в конце 1916 г.-начале 1917 г.: “Румынские солдаты! Русская революционная армия разгромила германо-австрийские войска в Галиции, захватила 35,000 пленных и сто орудий. Русская кавалерия преследует австрийские и немецкие части, которые отступают к Лембергу. Румынские солдаты! Ваша настоящая Родина –Румыния – вскоре будет освобождена. Прекращайте воевать против нас, ваших братьев и союзников!”

Очередная листовка, выпущенная 31.03.1917 г., настойчиво убеждала румынских военнослужащих не верить слухам о плохом обращении со сдавшимися в плен.

“Солдаты! Мы знаем, что ваши офицеры прикладывают все больше и больше усилий, чтобы пробудить в вас ненависть к нам. Они рассказывают, что с пленными у нас плохо обращаются, и после окончания войны Италия вернет всех военнопленных и дезертиров домой. Эти измышления ваших офицеров никоим образом не соответствуют действительности, поскольку любая цивилизованная страна уважает законы, которые предоставляют право каждому выбирать место жительства по своему усмотрению. Что же касается плохого обращения, то вы могли бы убедиться в обратном, если бы выше правительство позволило вам прочитать письма ваших бывших однополчан, содержащихся в наших лагерях! Мы не стремимся восхвалять себя, но лишь пытаемся отстоять свою честь, разоблачив официальную ложь и предоставив вам факты. Вы должны знать, что Италия уважает своих противников и стремится освободить не только свой народ, но и вас. Истина откроется вам лишь по окончании войны, когда бывшие военнопленные расскажут, как с ними хорошо обходились. И вот тогда вы поймете всю глубину лжи, которой вас опутали ваши офицеры”.

Через несколько дней после вступления в войну Северо-Американских Соединенных Штатов итальянцы выпустили очередную листовку, датированную 11.04.1917 г.: “Румыны! Америка объявила войну Германии и Австро-Венгрии! Таким образом, теперь вашему правительству противостоит весь цивилизованный мир, и против вас будут брошены дополнительные 100 миллионов человек. Почему же так получилось? Да потому, что война, на которую вас отправили ваши императоры, варварская и несправедливая”.

Другая итальянская листовка, выпущенная в августе 1917 г. на румынском языке, призывала: “Солдаты Австро-Венгрии! Австро-венгерские военнопленные, находящиеся в итальянских лагерях, ежедневно получают белый хлеб и мясо, поскольку и того, и другого у нас, в Италии, в избытке. Австро-венгерские военнопленные, готовые трудиться, направляются на сельскохозяйственные работы и на фабрики, получая от трех до четырех фунтов еды каждый день. Вскоре они вернутся домой в целости и сохранности, избавленные от всякой опасности!”

А вот текст еще одной листовки, датируемой началом 1918 г.: “Румынские солдаты! Вы вынуждены сражаться за чуждые вам интересы, и многие из вас уже не увидят родного дома, жены и детей. Почему вы не дезертируете и не переходите на нашу сторону? Мы очень хорошо обращаемся с военнопленными, а вы, румыны, для нас как братья. Переходите на нашу сторону, не бойтесь, мы ждем вас. Когда война окончится, вы сможете либо остаться жить в Италии и привезти к нам своих жен, либо вернуться домой”.

Планы по созданию добровольческих румынских подразделений из военнопленных австро-венгерской армии также нашли отражение в тематике листовок конца 1917 г. – начала 1918 г., правда, в несколько своеобразном виде.

“Румынские солдаты! По информации из г.Янгстаун (штат Огайо, Северо-Американские Соединенные Штаты), в крупных американских городах начались кампании по записи добровольцев-румын в Румынский легион (Румынский добровольческий корпус), который будет воевать на французском и итальянских фронтах для освобождения Трансильвании, Буковины и Баната. Во всех американских городах царит атмосфера энтузиазма, и это полная правда. Храбрецы рвутся в бой, и каждый хочет попасть в ряды первых батальонов. Эти бравые румыны из Америки присоединятся к тысячам румын, которые находятся на территории Италии, и под румынскими знаменами призовут к ответу венгерских трусов за все их деяния против нашего народа. Румынские солдаты! Имейте в виду, что уже очень скоро на передовую прибудут румынские батальоны, готовые сражаться за свою свободу и ваше освобождение. Когда вы получите приказ открыть огонь, во свете дня или во мраке ночи, помните о том, что каждая пуля, летящая в грудь этих храбрых румын, ваших братьев, направлена против вас самих, против ваших детей и внуков, против всего вашего народа, стонущего под пятой венгерских оккупантов и ждущего избавления!”

Если текст первых листовок был составлен пропагандистами-итальянцами с откровенными орфографическими и грамматическими ошибками, то содержание последнего агитационного материала было продумано и подготовлено носителем языка. Как видно из приведенного текста, “трансильванский фактор”, столь близкий для каждого румына, весьма грамотно использовался в качестве весомого аргумента для перехода на сторону Союзников.

Румынские добровольческие роты

На начальном этапе трансильванских румын, перешедших на сторону итальянцев, включали в небольшие разведывательные группы, в том числе, для переброски через линию фронта. Свободное владение румынским языком облегчало им задачу сбора данных, в том числе, и посредством непосредственного контакта со своими бывшими сослуживцами. Стремясь завоевать расположение Союзников и продемонстрировать собственную полезность, некоторые дезертиры добровольно предлагали свои услуги по вхождению в контакт с австро-венгерскими солдатами для их перетягивания на свою сторону. Так, например, в итальянских архивах сохранился документ, подготовленный в г.Полла (Polla) и датированный 30.03.1918 г., в котором говорилось о “дезертирах румынской национальности”. Корнель Дрегикиу (Cornel Dreghichiu), Джонель Мога (Jonel Moga), Темистокл Севеску (Temistocle Sevescu), Димитрие Раду (Dimitrie Radu), Джоан Хайка (Joan Haica) и Василе Чистеану (Vasile Cisteianu) предложили использовать их в качестве фронтовых разведчиков, поскольку, по их словам, они владели румынским, итальянским, немецким, венгерским и украинским языками.

Создание же первых полноценных воинских формирований из числа бывших румынских военнопленных датируется июнем 1918 года.

28 июня 1918 г. в районе г.Падуя Понте ди Брента (Ponte di Brenta) в присутствии итальянского генерала Армандо Диаза и под звуки патриотической песни “Пробудись, румын!” (“Deşteaptă-te, române!”) первая рота румынских добровольцев получила боевое знамя (Steagul de război) – красно-желто-синий триколор. К началу августа были сформированы 2-я и 3-я добровольческие роты. Именно эти три роты общей численностью 13 офицеров и 830 солдат и стали единственными добровольческими подразделениями, которые приняли участие в боях на фронте.

Несколько слов стоит сказать о программе переподготовки румынских офицеров, которая началась 30.06.1918 г. По понедельникам с 16:00 до 18:00 проходили занятия по изучению румынского языка; по вторникам с 9:00 до 11:00 – история и военная переписка; по средам и пятницам с 8:30 до 11:30 – тактика и техника боя; по четвергам с 10:30 до 11:30 – итальянский язык; по субботам с 8:30 до 11:30 – занятия по топографии. Необходимость изучения классического румынского языка была вызвана тем обстоятельством, что подавляющее большинство трансильванских румын владели им не в полном объеме и говорили на своеобразном диалекте, явно недостаточном для последующего общения на территории Румынии, куда им надлежало прибыть после окончания войны.

1-я рота численностью 250 человек была придана итальянской 52-й штурмовой дивизии из состава 8-й армии. Рота отличилась в сражениях при Монтелло и битве при Витторио-Венето. Про последнюю операцию германский главнокомандующий Эрих Людендорф впоследствии написал: “При Витторио-Венето Австрия проиграла не сражение, а войну, и тем самым увлекла за собой к поражению и Германию. Без этой катастрофической битвы мы смогли бы в союзе с Австро-Венгерской монархией продолжить отчаянное сопротивление в течение всей зимы для того, чтобы добиться более мягких условий перемирия, ведь силы Союзников к тому времени уже были сильно потрепаны”.

А вот такую запись в своем личном дневнике оставил командир 1-й роты румынский локотенент (лейтенант) Эмилиан Писо (Emilian Piso), принимавший участие в битве при Витторио-Венето и отмеченный самим королем Италии Виктором Эммануилом III: “Сегодняшний день, 4 ноября, отмечается в Италии как День победы. Нам пришлось пройти через трудные, но прекрасные времена. Потери личного состава нашей роты весьма ощутимы, есть как убитые, так и тяжелораненые. Но именно благодаря этим жертвам мы заслужили уважение наших итальянских братьев”.

Героизм и мужество румынских добровольцев были отмечены в приказе командующего 8-й армией корпусного генерала Энрико Кавильи (Enrico Caviglia, 04.05.1862-22.03.1945) от 22.11.1918 г.: “Бесстрашное подразделение добровольцев, вдохновленное непоколебимой верой в высшую справедливость, бок о бок со своими итальянскими  братьями по оружию в едином порыве продемонстрировало чудеса героизма и любви к Отчизне”.

2-я рота вошла в состав 6-й итальянской армии. Ее 1-й и 2-й взводы сражались вместе со 24-й французской дивизией; 3-й взвод принимал участие в сражениях бок о бок с частями итальянской 1-й армии; 4-й взвод выполнял пропагандистские задачи.

3-я добровольческая рота была придана итальянской 4-й армии и ее личный состав покрыл себя славой во Второй битве при Монте Граппа (24 октября-3 ноября 1918 г.), ставшей последней наступательной операцией австро-венгерской армии в Первой мировой войне.

После окончания Великой войны три вышеупомянутые румынские роты были отведены и расквартированы близ итальянской столицы: в Альбано-Лациале, Неми, Дженцано-ди-Рома, Рока-ди-Папа и Пьетралата.

Помимо неоспоримых военных успехов, участие румынских добровольческих частей в войне сыграло также немаловажную пропагандистскую роль, особенно среди итальянского населения. Добиться столь же впечатляющего эффекта на политическом направлении, однако, не удалось. Итальянские власти выбрали достаточно сдержанную линию поведения, предпочтя не превозносить по политическим соображениям борьбу национальных меньшинств (каковыми являлись румыны в Австро-Венгрии) и право наций на самоопределение. Тем не менее, появление и боевое применение румынских добровольческих рот являет собой достаточно яркую, хотя и малоизвестную страницу заключительного этапа Великой войны. 

Для соблюдения исторической справедливости здесь стоит сделать важное пояснение. Парадоксальным образом три вышеупомянутые роты формально не являлись частью Легиона, поскольку их формирование и боевое применение состоялось до официального объявления о создании “Румынского легиона в Италии”. Так, несмотря на фактическое существование добровольческих румынских частей, официальный указ об учреждении Легиона был издан лишь 15.10.1918 г. Сами же роты со славным боевым прошлым формально не имели к Легиону никакого отношения и могут рассматриваться лишь как его предтеча. Более того, у трех рот и Легиона, вскоре разросшегося до четырех “не нюхавших пороха” полков, в принципе не было ничего общего: время создания, история применения, личный состав и места дислокации были совершенно разными.

Всего же по состоянию на конец Великой войны, из 60,000 военнопленных румын, ранее служивших в австро-венгерской армии и оказавшихся в итальянских лагерях, 525 офицеров и 36,712 нижних чинов изъявили желание вступить в Легион. Некоторым из них удалось принять участие в сражениях с оружием в руках в составе трех вышеупомянутых рот и завоевать тем самым уважение итальянских, британских и французских союзников. 

Для сравнения: за все годы Великой войны в австро-венгерском плену оказалось более 2 миллионов солдат противника. Из их числа не менее 1,2 миллиона составляли подданные Российской Империи, итальянцы (369,000 чел.), сербы (154,700 чел.), а после августа 1916 г. и румыны (52,800 чел.). Таким образом, численность румынских военнослужащих, оказавшихся в лагерях для военнопленных по обе воюющие стороны, оказалась примерно равной. 

За мужество в боях многие румынские добровольцы были удостоены итальянских наград.  Кавалерами серебряной медали “За воинскую доблесть” (Medaglia d’argento al Valor Militare) стали, например, локотенент Эмилиан Писо (Emilian Piso), сублокотененты Виктор Ванча (Victor Vancea) и Эмиль Коницу (Emil Coniţiu), курсант-сержант Бартоломеу Луду (Bartolomeu Ludu), солдаты Николае Грэдинар (Nicolae Grădinar), Виктор Поп (Victor Pop) и Иоан Гаврилэ (Ioan Gavrilă) и другие румыны.

Бронзовой медали “За воинскую доблесть” (Medaglia di bronzo al Valor Militare) были удостоены сублокотененты Ромолус Хоссу (Romolus Hossu), Мыхаил Космин (Mîhail Cosmin), Григоре Рэкита (Grigore Răchita), Думитру Раду (Dumitru Radu), плутоньер Теретян Иоан (Teretean Ioan), солдаты Николае Бутяжоан Аврам  (Nicolae Buteajoan Avram), Адам Журкоане (Adam Jurcoane), Думитру Бреб (Dumitru Breb), Думитру Тэурян (Dumitru Tăurean), Иоан Бистрян (Ioan Bistrean), Раколца Кэлдэрар (Racolţa Căldărar), Думитру Бырсан (Dumitru Bârsan) и другие.

Сержант Константин Лупоайе (Constantin Lupoaie), Георге Баница (Gheorghe Baniţa) и Александру Миху (Alexandru ), солдаты Иоан Бэяш (Ioan Băiaş), Иоан Митя (Ioan Mitea), Пантелеймон Кришан (Pantelimon Crişan) и другие были награждены Крестом военных заслуг (Croce al Merito di Guerra). Некоторым румынам был вручен Орден короны Италии (Ordine della Corona d’Italia).

Romanian Volunteers 4

Румынский Легион в Италии

Romanian Volunteers 5Решение о создании Добровольческого румынского легиона в Италии (Legiunea voluntarilor români din Italia – рум., Legione Romena d’Italia – ит.) было принято 15.10.1918 г. в соответствии с циркулярным письмом военного министра Витторио Италико Зупелли № 22630G от 15.10.1918 г. Структурно Легион состоял из полков, каждый из которых подразделялся на батальоны. В свою очередь, в состав батальона входили три стрелковые и одна пулеметная роты, саперное и минометное отделения. Стрелковая рота состояла из четырех взводов и отделения легких пулеметов (5 офицеров и 178 нижних чинов).

Общая численность Легиона, обозначенная в итальянских документах – 525 офицеров и 36,712 нижних чинов, т.е. более половины всех румынских военнопленных, содержавшихся в лагерях Италии. Старшие офицеры Легиона были набраны из итальянцев, добровольно вызвавшихся возглавить это добровольческое подразделение, а младшие командные должности замещали румынские офицеры. Всего же в Легионе насчитывалось 525 румынских командиров: 1 полковник, 5 майоров, 32 капитана, 97 лейтенантов, 294 младших лейтенанта и 96 кандидатов в офицеры. Официальным языком Легиона по понятным соображениям был избран румынский.

Легионеры присягнули на верность отстаиванию суверенитета Великой Румынии, а командиром был назначен бригадный генерал Лючиано Фериго (Luciano Ferigo). Его назначение на это пост было неслучайным – именно он с 1914 г. в звании капитана, а затем майора служил итальянским военным атташе в Бухаресте. Забегая вперед, скажем, что уже после войны, в 1919 г. он вновь займет пост военного атташе в Румынии.

Лагерь Легиона располагался в г.Авеццано в 80 км к востоку от Рима, а учебная часть под командованием полковника Камилло Феррайоли (Camillo Ferraioli) – в Альбано-Лациале (Albano Laziale) в 25 км к юго-востоку от итальянской столицы. Легионеры были одеты в униформу итальянской армии, однако с румынской кокардой национальных цветов. 

Первое официальное румынское подразделение в составе Легиона получило название “Полк № 1 «Хория»” (Regimentul I “Horea”) и было расквартировано в г.Пьетралата. Полк был создан 05.12.1918 г. в г.Марино (Marino), в 20 км к юго-востоку от Рима. Почетное имя было присвоено полку в честь румынского национального героя Хории – Василе Урсу Николы (Vasile Ursu Nicola, 1731-1785), одного из предводителей Трансильванского крестьянского восстания 1784 г. против австрийского владычества. Церемонию освящения полкового знамени провел священник румынской грекокатолической церкви Василе Лукач (Vasile Lucaciu, 21.01.1852-29.11.1922), сторонник присоединения Трансильвании к Румынии. Участия в Великой войне полк не принимал, поскольку был сформирован уже после ее окончания. 

Вторым подразделением Легиона стал сформированный в Риме 26.01.1919 г. “Полк № 2 «Клошка»” (Regimentul II “Cloșca”), названный так по имени национального героя Румынии Клошки – Иона Оргэ (Ion Oargă, 1747-1785), также стоявшего во главе Трансильванского крестьянского восстания. К 03.11.1918 г. его численность превысила 10,000 штыков. К торжественной церемонии освещения знамени был вновь привлечен Василе Лукач.

Несмотря на окончание войны и, как следствие, отсутствие объективной необходимости в формировании добровольческих частей, набор румынских военнопленных в Легион не только не прекратился, но и, наоборот, стал проводиться усиленными темпами в лагерях Авеццано, Альбано-Лациале и Читтадукале. Так, например, всего лишь за три дня, с 17 по 19 января 1919 г. в состав Легиона вошел 4,781 солдат, а 28.01.1919 г. еще 1,480 бывших военнопленных влились в национальное румынское формирование, для чего они были перевезены из Сицилии в Остию. 

Вследствие этих усилий к февралю 1919 г. в г.Авеццано были сформированы еще два полка – 3-й и 4-й. “Полк № 3 «Кришан»” (Regimentul III “Crișan”) получил название в честь третьего предводителя Трансильванского восстания Кришана – Марку Джурджу (Marcu Giurgiu, 1733-1785), а “полк № 4 «Аврам Янку»” (Regimentul IV “Avram Iancu”) – в честь одного из руководителей румынского национального движения в Трансильвании Аврама Янку (Avram Iancu, 1824-1872).

Возвращение на Родину

Romanian Volunteers 6Революционные волнения в России и в Венгрии и их неизбежное негативное влияние на внутриполитическую стабильность Румынии вынудили Симиона Мындреску обратиться 16.11.1918 г. к итальянским властям с просьбой направить в сжатые сроки Легион в Румынию, сохранив личному составу униформу и оружие. 

К началу 1919 г. итальянский Генеральный штаб приступил к постепенному возвращению бывших румынских военнопленных на историческую родину. Так, в январе 1919 г. полк “Хория” в составе 80 офицеров и 2,600 солдат организованно покинул железнодорожную станцию Марино в направлении порта Таранто, откуда 03.02.1919 г. на двух кораблях “Regina d’Italia” и “Meran” в сопровождении итальянских офицеров отбыл в румынскую Констанцу. Для полноты картины отметим, что посол Италии в Румынии барон Карло Фашиотти (Carlo Fasciotti) предлагал высадить румынские подразделения не в Констанце (Добруджа на тот момент еще была оккупирована французскими войсками), а в Галаце.

16 марта 1919 г. личный состав полка “Клошка” был отправлен в Румынию на корабле “Nippon”, а уже в апреле к нему присоединился полк “Кришан”. Вот сохранившееся описание отбытия румын из 2-го полка: “Покидает нас полк, а с ним и храбрецы, принявшие участие в последнем итальянском наступлении против частей австро-венгерской армии. На груди этих воинов, сражавшихся как львы бок о бок с итальянскими солдатами, сияют медали, заслуженные за крупное сражение при Витторио-Венето. Цветущие и гордые счастливцы возвращаются на Родину героями с чувством выполненного долга”.

После прихода к власти в Будапеште коммунистов и провозглашения 21.03.1919 г. Венгерской советской республики румынские власти всерьез обеспокоились возможностью возникновения вооруженного конфликта и обратились к Италии с просьбой ускорить репатриацию бывших военнопленных румынской национальности.

Последний крупный транспорт с румынами на борту – 1,800 человек на корабле “Nippon” – покинул порт Таранто 19.05.1919 г. Несколько мелких подразделений продолжали оставаться на территории Италии до конца 1919 г., но и они прибыли в Румынию 02.01.1920 г. Сопровождавшие румын итальянские офицеры убыли домой по окончании своей миссии.

По возвращении на родину личный состав четырех полков Легиона был разоружен и направлен в Трансильванию и Буковину, где военнослужащие после проверки их политической благонадежности были распределены между частями действующей румынской армии. На основе полка “Хория”, прибывшего в гарнизон Дева (Deva) с двумя тяжелыми пулеметами в каждой роте и четырьмя минометами в каждом из батальонов, в 1919 г. был сформирован 97-й пехотный полк (Regimentul 97 Infanterie), расквартированный в г.Одорхею-Секуйеск (Odorheiu Secuiesc). Личный состав 2-го и 3-го полков был демобилизован в 1920 г.

Некоторые легионеры приняли участие в Румыно-венгерской войне в апреле-августе 1919 г., когда коммунистическое правительство Венгерской советской республики попыталось вернуть себе Трансильванию. Однако в результате непродолжительных боевых действий правительство Бела Куна было свергнуто, а румынская армия взяла Будапешт.

Список использованной литературы:
1. Elie Bufnea. Formatiile de voluntari / Transilvania, Banatul, Crisana si Maramuresul 1918-1928, Pt.I. București, 1929.
2. Cfr. Filippo Cappellano. La Legione Romena, în AA.VV., Studi storico-militari, 1996, Stato Maggiore dell’Esercito. Ufficio storico, Roma, 1998.
3. Vasile Dudas. Voluntarii Marii Uniri, Editura 'Augusta' Timisoara, 1996.
4. C.Gomboş. Voluntarii Români din Italia şi Acţiunile Lor în Sprijinul Marii Uniri
5. Minorities and the First World War. University of Chester, 14-15 April 2014.
6. Multinational Operations, Alliances and International Military Cooperation: Past and Future. Proceedings of the Fifth Workshop of the Partnership for Peace Consortium’s Military History Working Group. Washington, 2006.
7. Rumanian Studies. An International Annual of the Humanities and Social Sciences, Volume IV. University of Illinois, 1979.