Терезиенштадтские кроны. Банкноты “образцового гетто”

Боснийский серб Гаврило Принцип, чей роковой выстрел 28 июня 1914 года стал формальным поводом для начала первой в истории человечества мировой войны, в течение всей европейской бойни содержался в австро-венгерской крепости Терезиенштадт (Festung Theresienstadt), где и умер от туберкулеза 28 апреля 1918 г. Однако небольшой чешский городок известный ныне как Терезин (Terezín), расположенный примерно в 60 километрах к северо-западу от Праги и название которого знакомо практически каждому интересующемуся военной историей, знаменит, увы, не этим. Печальная известность к нему пришла так же как и к небольшому польскому городку Освенцим, о существовании которого в довоенное время мало кто подозревал, за исключением разве что жителей близлежащих окрестностей.

Theresienstadt Ghetto Krone 7Указ о возведении крепости Терезиенштадт был отдан 10 января 1780 г. австрийским эрцгерцогом Иосифом II (Joseph II, 13.03.1741-20.02.1790) для защиты северо-западной Богемии от прусского вторжения. Свое имя фортификационное сооружение получило в честь матери Иосифа эрцгерцогини Австрии и императрицы Священной Римской империи Марии Терезии (Maria Theresia Walburga Amalia Christina von Österreich, 13.05.1717-29.11.1780). К работам приступили 10 октября того же года, а грандиозное по тем временам строительство окончилось через десять лет, в июне 1790 года. Терезиенштадт представлял собой обнесенный стенами город-гарнизон (“Garnisonsstadt”) – т.н. “большую крепость” (Große Festung), и расположенную через реку цитадель – “форт Б”, или т.н. “малую крепость” (Kleine Festung). 5 декабря 1846 г. раскинувшийся на 67 гектарах “королевский город” получил собственные герб и печать.

В 1882 г. Терезиенштадт, так и не использовавшийся по своему прямому назначению в XVIII и XIX вв., утратил статус крепости, хотя в городе по-прежнему размещался войсковой гарнизон из одиннадцати казарм. Постепенно в Терезиенштадте появлялось все больше гражданских сооружений и он обретал “мирный” характер.

Стоявшая же особняком малая крепость сохраняла свое военное назначение – в ней располагались военная тюрьма и место содержания политических преступников. Именно там томился в заключении национальный герой Греции, один из предводителей Греческой войны за независимость и господарь Молдавии князь Александр Ипсилантис-младший (12.12.1792-31.01.1828). Бывший адъютант императора Александра I в звании генерал-майора русской армии, известный в России под именем Александра Константиновича Ипсиланти, провел в Терезиенштадте пять лет – с 1823 по 1827 гг. Уже будучи тяжело больным, он был освобожден 22.11.1827 г. по личному ходатайству Николая I, но лишь для того, чтобы умереть в изгнании.

В крепости окончила свои дни полька Анна Розицка, боровшаяся за права польского населения Галиции, в 1878-1883 гг. там содержался Хаджи Лоджа – один из предводителей антиавстрийского сопротивления в Боснии. Но самым знаменитым пленником Терезиенштадта был несомненно Гаврило Принцип, с упоминания которого и начался этот рассказ. Там же, кстати, содержались и два других соучастника сараевского убийства – Неделько Чабринович и Трифун Грабеж.

Theresienstadt Ghetto Krone 2По окончании Великой войны город вошел в состав Чехо-Словацкой Республики под названием “Терезин”, и в нем был размещен армейский гарнизон этого нового европейского государства.

После того, как 15 марта 1939 года на оккупированной немцами территории Богемии, Моравии и Чешской Силезии было создано чешское государственное образование – протекторат Богемии и Моравии, Терезиенштадту возвратили его историческое название. Будущее этого небольшого городка, однако, оказалось весьма мрачным. В “малой крепости” 10 июня 1940 г. была открыта тюрьма для содержания оппозиционеров, членов чешского Сопротивления и военнопленных. До освобождения города частями Красной Армии 8 мая 1945 года через тюремные камеры Терезиенштадта прошли около 32 тысяч человек – 27 тыс. мужчин и 5 тыс. женщин.  

В ноябре 1941 г. было создано Терезиенштадтское гетто, в котором содержались евреи не только из Богемии и Моравии, но и Венгрии, Словакии, Германии, Нидерландов и Дании. По замыслу немецких властей, туда свозились представители интеллектуальных профессий и ветераны Первой мировой войны, которые были объявлены изгоями общества из-за своего происхождения. Отдельной категорией лиц являлись престарелые евреи из вышеперечисленных европейских государств.

Первые партии заключенных поступили в гетто 24 ноября и 4 декабря 1941 года, и из их числа были сформированы два строительных отряда – Aufbaukommando 1 и Aufbaukommando 2, которые приступили к обустройству своего будущего пристанища. Все узники доставлялись в железнодорожных составах до городка Баушовиц-ан-дер-Егер (Bauschowitz an der Eger), который до войны носил чешское название Богушовице-над-Огржи (Bohušovice nad Ohří), а далее пешком следовали до самого Терезиенштадта.

Внутренние вопросы в гетто регулировались специально сформированным органом самоуправления – Советом старейшин (“Ältestenrat”), главой (Judenältester) которого с 04.12.1941 г. до января 1943 года являлся Якоб Эдельштейн (Jakob Edelstein, 1903-1944). На этом посту его сменил Пауль Эпштейн (Paul Eppstein, 1901-1944), а Эдельштейн стал его заместителем.

Theresienstadt Ghetto Krone 3Место компактного проживания лиц “неарийского” происхождения задумывалось как “образцовое гетто”, которым в случае необходимости можно было бы прикрывать все ужасы сегрегационной политики Третьего Рейха. Подобный случай представился 23 июня 1944 года – именно тогда Терезиенштадтское гетто посетила независимая комиссия Международного комитета Красного Креста, до руководства которого уже год как доходили слухи о бесчеловечном обращении с евреями на оккупированных территориях.

Увиденное, однако, вполне удовлетворило визитеров из Дании и Швеции, ведь их взорам предстали детские сады, школа, магазины, спортивные площадки, рестораны, кафе, бассейн и даже собственный банк. В заведениях общепита было приготовлено особое меню, блюда из которого напоминали вкус безвозвратно ушедших времен мирной жизни. Заблаговременно отрепетированные ответы обитателей гетто на вопросы членов комиссии на фоне чистых улочек, цветочных клумб и аккуратных фасадов домов произвели весьма положительное впечатление на членов комиссии.

Для закрепления пропагандистского эффекта немцами был даже снят фильм “Терезиенштадт. Документальный фильм из еврейского поселения” (“Theresienstadt. Ein Dokumentarfilm aus dem jüdischen Siedlungsgebiet”), в котором демонстрировалось гуманное отношение к интернированным лицам. Съемки полуторачасового фильма велись с 1 по 12 сентября 1944 г., однако к настоящему времени сохранилось лишь около 20 минут.

В апреле 1943 г. в здании бывшей городской ратуши был учрежден Банк еврейского самоуправления (Bank der Jüdischen Selbstverwaltung), во главе которого был поставлен д-р Дезидер Фридман (Desider Friedmann, 24.11.1880-октябрь 1944), последний президент еврейской общины Вены (Israelitische Kultusgemeinde Wien). Немецкая администрация приложила немало усилий, чтобы основные принципы функционирования банка за колючей проволокой были максимально приближены к деятельности обычных финансовых учреждений. За все время существования Банка еврейского самоуправления в нем было открыто ни много ни мало 79 тысяч личных счетов! Банковские операции велись со всей скрупулезностью, включая ежемесячные уведомления о состоянии счетов и отчетность о движении средств. В помещении располагалась механизированная система бухгалтерского учета, а численность сотрудников банка, имевших опыт соответствующей работы  в мирной жизни, составляла около 60 человек.

В упомянутом выше пропагандистском документальном фильме можно увидеть узников гетто со сберегательными книжками, выстроившихся в очередь перед входом в банк для внесения наличных крон на свои счета.

Дизайн семи банкнот разработал в 1942 г. заключенный гетто Франтишек Петр Кин (František Petr Kien, 01.01.1919-16.10.1944), также известный как Франц Петер Кин (Franz Peter Kien). Помимо терезиенштадтских крон, талантливый художник и поэт Кин оставил после себя более двух тысяч рисунков, сотни картин и стихов, десятки рассказов и сказок, два киносценария, пять пьес и либретто к опере Виктора Ульмана “Император Атлантиды, или Смерть отрекается” (“Der Kaiser von Atlantis oder Die Tod-Verweigerung”).

По указанию немецких властей на каждой из банкнот должен был быть изображен еврейский пророк Моисей. Именно поэтому, кстати, боны Терезиенштадтского гетто заключенные окрестили “моисеевыми кронами”.

Соответствующее изображение Моисея, обрамленное орнаментом в тонкой овальной рамке, получило одобрение главы Совета старейшин Якоба Эдельштейна, но вызвало неудовольствие немцев. До наших дней дошли две версии последующих событий.

Согласно первой из них, комендант гетто СС-хауптштурмфюрер Зигфрид Зайдль (Siegfried Seidl, 24.08.1911-04.02.1947), занимавший эту должность с ноября 1941 г. по июль 1943 г., утвердил дизайн банкнот и отправил документы СС-штурмбаннфюреру Адольфу Эйхману, который возглавлял сектор “B4” IV управления (т.е. Гестапо) Главного управления имперской безопасности (РСХА) и отвечал по роду деятельности за “еврейские вопросы”. Ознакомившись с эскизами, Эйхман отверг проект, поскольку, по его мнению, Моисей выглядел “чересчур арийским”. Также по его указанию название денежной единицы было изменено с “кроны гетто” (“Ghetto Krone”) на “крону” (“Krone”).

Вторая версия гласит, что комендант гетто Зигфрид Зайдль направил эскизы не Эйхману, а исполняющему обязанности имперского протектора Богемии и Моравии Рейнхарду Гейдриху, и указание изменить облик пророка Моисея дал именно он. Достоверной информации о личности цензора до сих пор не существует, поэтому данный вопрос до сих пор остается открытым, и ответ на него вряд ли когда-нибудь будет найден.

Как бы то ни было, но Франтишек Петр Кин получил обратно свои рисунки и изменил облик Моисея. В итоге в окончательной версии дизайна черты лица основоположника иудаизма приобрели типично семитские детали, а именно нос с горбинкой и кучерявые волосы.

Эскизы были направлены в пражский Национальный банк, и работа по гравировке банкнот была поручена заведующему отделом гравюры и гальванопластики знаменитому чешскому художнику и граверу Индре Шмидту (полное имя – Индржих Шмидт (Jindřich Schmidt, 24.06.1897-12.03.1984)). К тому времени талантливый художник уже являлся автором рисунков ряда банкнот, платежных документов и почтовых марок Чехословацкой Республики, а также красочных бон Протектората Богемии и Моравии.

Выпущенные красочные и высококачественные банкноты имели номинал 1, 2, 5, 10, 20, 50 и 100 крон (первоначально – “крон гетто”). Они имели идентичный дизайн, различавшийся лишь цветом, размером, а также нумерацией – на бонах достоинством 1, 2, 5 и 10 крон был указан номер серии, а на трех других (20, 50 и 100 крон) – серийный номер. Для изготовления трех банкнот высшего достоинства использовалась бумага с геометрическими водяными знаками.

Номинал

Размер, мм

Цвет

Тираж, шт

Серийные номера

1 крона

100х50

зеленый

2,242,000

А и номер серии

2 кроны

110х55

розовый

1,019,000

А и номер серии

5 крон

120х58

голубой

530,000

А и номер серии

10 крон

125х63

коричневый

456,000

А и номер серии

20 крон

135х66

зеленый

319,000

A-R и серийный номер

50 крон

140х77

темно-зеленый

159,000

A-H и серийный номер

100 крон

150х77

красно-коричневый

279,000

A-O и серийный номер

На аверсе всех банкнот изображен пророк Моисей, держащий в руке каменные скрижали с начертанными на них десятью заповедями, которые, согласно Пятикнижию, были даны ему самим Богом на горе Синай в присутствии сынов Израиля. Рисунок обрамлен орнаментом в широкой овальной рамке. В верхней части расположена фраза “Квитанция об уплате” (“Quittung über”) с указанием номинала прописью, а ниже – числом. В нижней части в три строки приведено предупреждение об ответственности за изготовление фальшивых купюр: “Wer diese Quittung verfälscht oder nachmacht oder gefälschte Quittungen in Verkehr bringt wird strengstens bestraft”. На купонном поле расположены шестиконечная звезда и номинал банкноты.

На реверсе в верхней части расположена фраза “Квитанция об уплате” (“Quittung über”) с указанием номинала прописью. В нижней части слева указаны место и дата эмиссии (в австрийской и южнонемецкой орфографии): “Терезиенштадт, 1 января 1943 года” (“Theresienstadt, am 1.Jänner 1943”). Здесь же стоит отметить, что сами кроны поступили в Банк еврейского самоуправления лишь 21 апреля, а в обращение были запущены 12 мая 1943 г. Внизу справа расположены в две строки должность Якоба Эдельштейна – “Старейшина евреев Терезиенштадта” (“Der Älteste der Juden in Theresienstadt”) – и ниже его факсимиле. Как и на аверсе, на купонном поле реверса в нижней части расположены шестиконечная звезда и номинал банкноты. Вверху поля приведен серийный номер банкноты (для купюр достоинством 20, 50 и 100 крон) или номер серии (для купюр достоинством 1, 2, 5 и 10 крон). Номер серии состоял из литеры и трех цифр, а серийный номер – из шести цифр.

Дав описание банкнот, стоит подробнее остановиться на наиболее примечательной ее детали, а именно изображении Моисея. В различных источниках, содержащих упоминание о терезиенштадтских кронах, в обязательном порядке приводится красивая легенда о том, что Эйхман или Гейдрих (в зависимости от личных предпочтений автора конкретной статьи), не только приказал исправить “арийский облик” главного пророка иудаизма, но и распорядился, чтобы своей рукой он прикрыл шестую заповедь “Не убивай” (здесь и далее цитируется по Синодальному переводу Библии – прим.авт.). Правдива ли эта легенда и что же на самом деле начертано на каменных скрижалях, которые держит Моисей?

На левой табличке (для нас – правой) приведены первые три заповеди: “Я Господь, Бог твой”; “Не делай себе кумира”; “Не произноси имени Господа, Бога твоего, напрасно”. Четвертая строка частично закрыта пальцами пророка, так что различимы лишь несколько букв в слове “Помни” – начале четвертой заповеди (“Помни день субботний, чтобы святить его”). Следуя логике, ниже четвертой заповеди следует пятая, и, таким образом, кистью левой руки Моисей загораживает пятую заповедь, а именно, “Почитай отца твоего и мать твою”.

Theresienstadt Ghetto Krone 4Что же касается той самой шестой заповеди, то она вкупе со всеми оставшимися четырьмя расположена на правой табличке (для нас она находится слева). Будучи ограниченным овальной рамкой, текст остальных законов виден лишь фрагментарно и содержит только частицу “не”, с которой как раз и начинаются шестая, седьмая, восьмая, девятая и десятая заповеди.   

Таким образом, художник Франтишек Петр Кин не погрешил против истины и изобразил заповеди расположенными в соответствии с канонами его веры, а вмешательство Эйхмана или Гейдриха в данном случае исключено.

В исторической литературе содержится упоминание о том, что окончательный эскиз банкнот был направлен немцами на экспертизу сотрудникам библиотеки Немецкого университета Карла-Фердинанда (ныне – Карлов университет в Праге), чтобы те дали заключение относительно истинного смысла надписей на скрижалях. Убедившись в отсутствии антинацистской пропаганды, немцы направлены эскизы в пражский Национальный банк для гравировки и печати банкнот.

Для чего же использовались такая уникальная для мест заключения денежная единица как терезиенштадтская крона? Коллекционеры могут опротестовать использование слова “уникальный” и возразить, что за годы существования Третьего Рейха германской администрацией как до, так и во время войны было выпущено как минимум 134 наименования денежных купонов и их эквивалентов для концентрационных лагерей и гетто – первые были отпечатаны еще в августе 1933 года для Ораниенбурга (“Lagergeld des Konzentrationslagers Oranienburg”). Уникальность терезиенштадтских крон состоит в том, что их выпуску тогдашние немецкие власти уделили самое серьезное внимание, ведь им предстояло выполнить роль своеобразного пропагандистского материала для мировой общественности. Именно этим и объясняется высокохудожественный дизайн банкнот, качество изготовления и их тираж. 

Основным назначением терезиенштадтских крон являлось достижение пропагандистского эффекта в ходе посещений гетто инспекциями Международного комитета Красного Креста. В то же время эмиссия собственных банкнот была призвана облегчить повседневную жизнь заключенных гетто. Ими можно было оплатить счет в кафе и ресторане (чашка эрзац-кофе стоила, например, две кроны), расплатиться за продукты и носильные вещи в магазинах, а также пополнить собственный вклад в банке.

Theresienstadt Ghetto Krone 5Наряду с “моисеевыми кронами” в гетто имели нелегальное хождение и кроны протектората Богемии и Моравии. С охотой принимали в качестве оплаты за товары и услуги табак, имевший непреходящую ценность, особенно в тяжелых условиях войны.

Терезиенштадтскими кронами в гетто выплачивалась заработная плата, размер которой зависел от занимаемой должности, социального положения и пола. Так, взрослые мужчины в зависимости от специализации получали от 105 до 295 крон в месяц, женщины – 95-205 крон, а лица, работавшие неполный день – 80 крон. Ежемесячный заработок сиделок, ухаживавших за нетрудоспособными лицами, составлял 70 крон. Специалисты, к которым относились доктора, учителя, ученые, артисты и бывшие политики, получали 145 крон. Инвалидам Первой мировой войны и кавалерам боевых наград выдавалось по 105 крон. Отметим, что согласно специально установленному курсу, одна рейхсмарка равнялась десяти кронам.

Не стоит, однако, думать, что все было настолько радужным – вход в кафе, например, был платным: чтобы пройти внутрь и занять столик, требовалось заплатить 5 крон. Да и за само свободное времяпрепровождение приходилось платить. Так, своеобразный “налог на отдых” составлял 50 крон – за эту сумму заключенным разрешалось не работать, а тратить день на немногие доступные им развлечения. Не иначе как иезуитством можно охарактеризовать и ассортимент магазинов: там по весьма высоким ценам продавались вещи, конфискованные у узников при пересечении ими границы гетто.

Кронами оплачивались и услуги почты при получении посылок с воли. В соответствии с утвержденным прейскурантом, пошлина составляла 1,000 крон.

Но все же одним из наиболее посещаемых мест Терезиенштадтского гетто была, несомненно, библиотека. Будучи платной, у нее, тем не менее, не было отбоя от клиентов, готовых оставить в залог 50 крон, чтобы взять на время любимую книгу. О востребованности библиотеки свидетельствует тот факт, что к концу войны в ее депозитарии хранились 225 тысяч крон – 4,500 книг не были возвращены на полки и оставались у читателей.

Theresienstadt Ghetto Krone 6За пределами гетто терезиенштадтские кроны хождения не имели, что существенно снижало риск побега (за почти четырехлетнюю историю гетто зарегистрированы были лишь единичные случаи), попытку подкупа охранников или передачу наличных в город для приобретения запрещенных товаров (например, косметики).

С учетом большого тиража напечатанных банкнот (общая эмиссия составила более пяти миллионов бон всех номиналов), кроны Терезиенштадтского гетто в отличном коллекционном состоянии встречаются на современном специализированном рынке чаще любых других “лагерных” купонов и подобных платежных средств. Помимо ограниченного хождения купюр этому способствовало и то обстоятельство, что через несколько лет после окончания Второй мировой войны в хранилищах Национального банка в Праге было обнаружено большое количество банкнот, так и не доставленных в силу каких-то причин в гетто, а в одном из зданий самого гетто был найден огромный чемодан с купюрами достоинством 20 крон.

Несмотря на многомиллионный тираж “моисеевых крон” и их относительно невысокую стоимость, на современном рынке бонистики иногда встречаются подделки, изготовленные в наши дни. Отличить их можно, просветив подозрительные купюры в ультрафиолетовых лучах, а также проверив наличие водяных знаков геометрической формы. Последнее, однако, применимо лишь к бонам достоинством 20, 50 и 100 крон – более мелкие кроны печатались на обычной бумаге.

Держа в руках эти документальные свидетельства ужасной мировой катастрофы, разразившейся в центре Европы в середине ХХ века, относитесь с уважением к этим недорогим, но трагическим артефактам прошлого. Помните, что практически все, кто имел отношение к их изготовлению, утверждению и использованию, сгинули в водовороте страшнейшей войны…

Theresienstadt Ghetto Krone 1